Кузин Алексей Яковлевич

Опубликовано: 6 Июля 2020

Кузин Алексей Яковлевич художник

Кузин Алексей Яковлевич (1926-2005)

Родился в деревне Орлия Севского района Орловской области.
Коллективизация деревни привела семью Кузиных в 1934 году в Москву.
В 1942 году окончил 7 классов средней школы г.Москвы №536.
С 1941-1942 гг. занимался в изостудии Дома Пионеров в переулке Стопани у преподавателя А.М.Михайлова.
В 1943 году поступил в училище «Памяти 1905 года», но вскоре был призван в Советскую Армию.
С 1943 по 1951 год военный моряк-радист служил на Балтийском флоте в 3-ем дивизионе катеров морских охотников (БМО-546). Дивизион состоял из двенадцати катеров, которые вели борьбу с подводными лодками противника. В блокаду Ленинграда его бригада катерников сражалась с осадной артиллерией противника. После войны катер, на котором служил А.Я.Кузин нёс охрану морских баз в Пруссии, Польши, Германии.
Награждён орденом «Отечественной войны II степени» и юбилейными медалями.
С 1952 по 1954 год работал художником–оформителем. С 1954 по 1964 год работал в цехе портретно-копийных картин при Живописном Комбинате, где была студия для Повышения квалификации художников под руководством Н.И.Андрияка. С 1964 по 1967 год учился в вечерних классах живописи при МГХИ им. В.И.Сурикова у Тарасова Юрия Михайловича. С 1964 по 1986 год работал в Комбинате Диорамно-Макетных и Художественных работ. В 1984 году вступил в Московский Союз Художников СССР.
С 1984 по 1996 год принимал участие в восьми выставках художников-ветеранов ВОВ посвященных Дню Победы.
С 1982 по 1996 год принимал участие в выставках:
посвященные Сьездам КПСС

  • Памятники истории и культуры Родины
  • Весенние и осенние выставки московских художников
  • Выставка «Русский Север»
  • Выставка «Земля и люди»
  • Выставка «Голубые дороги Родины»

1990 г. участие в выставке в Норвегии. Московское объединение «Метелица».
1996 г. выставка «300 лет российскому флоту». ГВЦ «На Каширке».
1997г. персональная выставка в галерее «Союз Творчество» на Триумфальной площади, 1.
1997г. выставка «Любви все возрасты покорны» в Центральном Доме Художника, организатор галерея «Союз Творчество».
1998г. персональная выставка «Наедине с природой» в галерее «Союз Творчество» на Триумфальной площади, 1. На выставке было представлено 20 произведений живописи.
1999 г. персональная выставка ГВЦ «На Каширке». Москва.
1999 г. выставка, посвящённая 200-летию А.С.Пушкина, участников ВОВ. Кузнецкий мост, 11.
2000 г. выставка «55- лет Победы» произведений московских художников ВОВ. МОСХ. Малый Манеж. Москва.
2001г. выставка «Годы войны и мира» художников ветеранов. МСХ. ГВЦ «На Каширке».
2002 г. персональная выставка «С любовью к отечеству» в галерее «Союз Творчество».
2009г. выставка «Духовное наследие Победы» художников-ветеранов Великой Отечественной войны. МОСХ. Кузнецкий мост. д.11. Из фондов галереи «Союз Творчество» представлено 30 произведений 11-и художников-ветеранов Великой Отечественной войны.

Работы художника находятся в галерее «Союз Творчество» (Москва), частных коллекциях России и за рубежом.

***************************************************************************************
Душевный подвиг в жизни и в творчестве
Как-то так само собой получилось, что называю его всегда — «Яковлевич». В быту у русского народа всегда практиковалось нежно — обходительное и душевное прозвание по «Отечеству». Это приближает и притягивает как-то дружелюбно и по-домашнему. При таком обращении не важен возраст собеседника и ни к чему условности. Все ясно и понятно. В последнее время стало модным выносить отчество за скобки. Печатаются афиши, издаются каталоги с усеченными именами собственными. На западный манер, прозываются люди Российского искусства, забывая своих отцов и свою историю. Обидно за Русь святую, за могилы отцов и дедов, за то, что кичливые потомки стараются перед сытым корытом поскорее забыть свои истоки. Но еще живы, здоровы и трудятся такие люди, как Алексей Яковлевич Кузин. Ветеран войны. Воевал на Балтийском флоте. Когда мы попросили его рассказать немного о себе и боевом прошлом, он написал крупным почерком несколько страниц воспоминаний. Главной доминантой памяти стали люди, окружавшие его в те времена. Их тяжкий ратный труд, заботы, тревоги повседневного бытия. И ни грамма патетики, и ни строчки о себе. Только констатация факта — я был среди этих людей. Так и в собственном творчестве, в своих живописных работах «Яковлевич» идет своей тихой лирической тропой. Поет о пейзажах милой Родины, красоте ее полей и перелесков, раскрывая миру тишину русской природы, наполняя ее собственным звучанием. Своим, только ему присущим, теплым светом. Его краски легки и точны. Каждый мазок всегда на месте и нет той композиционной вымученности и загромождённости деталями присущей творчеству бездуховному и нарочитому — «А-ля Русь», «А-ля Париж», «А—ля дребедень». Спасибо тебе, Яковлевич, за твой добрый душевный подвиг в жизни и в творчестве.
О.П. Калмыков

Поздняя встреча
10 марта прошлого года трагически оборвалась жизнь известного русского художника-пейзажиста Алексея Яковлевича Кузина (1926—2005), члена Союза художников России, бывшего воина-балтийца, жившего в нашем районе. Они встретились в начале лета 2003 года в санатории «Энергия», в живописном месте Подмосковья, неподалеку от известной своей красотой усадьбы Столыпиных «Середниково», созданной братом бабушки великого русского поэта М.Ю. Лермонтова, который провел здесь в ранней юности четыре лета. Два совершенно разных, на первый взгляд, человека были поселены в двухместном номере. Один из них — Георгий Артемьевич Широков — высокий, по-военному подтянутый, с живыми черными глазами, с вечно развевающейся по ветру седой бородой, наблюдательный, умный. С первого взгляда на соседа по «каюте» (выражение Широкова) он обратил внимание на большое сходство его с Пьером Безуховым — героем романа Л.Н. Толстого «Война и мир». Та же скромность, некоторая неловкость, боязнь помешать людям. Широкоплечий, коренастый, с густыми черными прядями непослушных волос, с умным застенчивым взглядом. В первой же беседе обнаружилась доброжелательность Пьера, умение терпеливо слушать, сопереживать. Молчаливый, ненавязчивый сосед оказался известным художником Алексеем Яковлевичем Кузиным. На второй день ранним утром художник с мольбертом и красками куда-то ушел. Вернулся к обеду со свеженаписанным этюдом пруда бывшей барской усадьбы. На небольшом полотне темнел старыми елями окрестный лес и в седоватом утреннем тумане поблескивала загадочная гладь пруда. «Омут мрачный, но одушевленный, — с удивлением отметил Георгий, разглядывая картину. — Талантлив Алексей!» Приятный сосед попросил разрешения поместить пахнувшие свежей краской эскизы на балконе, чтобы запах не раздражал Широкова. Не избалованный в своей военной жизни посторонними людьми, Георгий Артемьевич был тронут заботой художника. Выяснилось, что они оба воевали на Балтийском флоте: Георгий Широков – наводчиком шестидюймового орудия (152 мм), а Алеша Кузин — радистом большого морского охотника за подводными лодками, БМО-546. Пока художник ежедневно писал этюды, бывший артиллерист Широков, влюбленный в Лермонтова с детства, как юноша бегал по окрестным селам, а потом мучил библиотекаря просьбами достать ему то одну, то другую книгу о пребывании в этих местах поэта. Все выписывал, а вечером докладывал любознательному другу о своих находках. Так встретились и привязались друг к другу два ветерана войны. Две творческие, тонкие, чуткие, беспокойные души. В свободные часы они вместе уходили на поиск развалин усадьбы Верещагиных в деревне Федоровке, где бывала Сашенька Верещагина — предмет любви поэта, благоговейно стояли у 250-летнего вяза, дупло которого было когда-то местом прибежища для Мишеньки Лермонтова. Увлеченные друзья незаметно прожили санаторный срок и, духовно сблизившись, продолжали в Москве видеться в мастерской у Алексея Яковлевича. Оба много трудились. Георгий Артемьевич — в архивах, библиотеках, музеях в поисках материалов для написания мемуаров, а его друг Алешенька — над лирическими пейзажами Тарусы, Монино, над уходящими в прошлое образами старой Москвы. Привычные, знакомые картины природы оживали на его полотнах. Наполняясь особым смыслом, пробуждали в душах зрителей негасимую жажду жизни. Смотрел на лирические полотна Алексея Яковлевича Георгий и, тайком смахивая слезинку, говорил себе: «Богата Святая Русь самородками бесценными, дай Бог, чтобы не скудела земля наша и далее». Бывший артиллерист Широков понимал, где истоки феноменального трудолюбия и вдохновения милого друга Алешеньки. «От сохи он, как и я. Вот откуда в нем трудолюбие, одухотворенность! От земли родимой, от орловских крестьян, его предков». Глаза старого воина зажигались молодо и ясно. Казалось, в его сердце победно и торжественно звучала песнь жизни…
Н.В. Шиллер (Газета «Вешняки» г.Москва.20.03.2006)

Он был художником от Бога!
Я знал его более десяти лет и любил как родного брата, а мог бы встретить и более 60 лет назад, так как фронтовые пути его — катерника, радиста большого морского охотника БМО-546 не единожды соприкасались с моими — комендора-наводчика орудия 1-й гвардейской Краснознаменной морской железнодорожной артиллерийской Красносельской бригады Балтийского флота. Так было в Финском заливе при освобождении Карельского перешейка, взятии Выборга, высадке десантов на острова Бьёрского архипелага и Выборгского залива, а также на Балтийском море, в Мемеле, где базировались катера, и в других пунктах Балтики. В связи с 60-летием великой Победы фронтовик Кузин получил путевку в санаторий Подмосковья. По дороге туда в электричке 10 марта с художником случился сердечный приступ. На первой же остановке в Пушкино он сошел с поезда, но на перроне упал, потеряв сознание. Бегущие на поезд пассажиры не обращали на него внимания, думали, пьяный. Деньги и документы его были похищены, и поэтому приехавшая милиция не могла сообщить о кончине родственникам, направив тело в морг… А.Я. Кузин родился 20 марта 1926 года в деревне Орлия Севского района на Орловщине. С молоком матери Алеша впитал напевность чистой русской речи, красоту окружающей природы, воспетой И.С. Тургеневым, любовь к земле-кормилице, крестьянское трудолюбие. Но не довелось ему прочувствовать радость нелегкого крестьянского труда. Коллективизация деревни привела семью Кузиных в Москву. Любовь ко всему прекрасному владела мыслями любознательного отрока и в городе. Одновременно с учебой в школе Алеша с 1941 года учился в изостудии Дома пионеров, а в 1943 году поступил в художественное училище. К сожалению, недолго пришлось ему познавать таинство живописи. В ноябре того года он был призван на службу на Балтийский флот и отправлен в блокадный Ленинград, уничтожаемый артиллерийскими обстрелами и бомбежками. В это время морские дальнобойные орудия нашей бригады вели смертельную борьбу с осадной артиллерией противника. После войны катер Алексея нес охрану водного района во многих наших базах в Пруссии, Польше, Германии… Осенью 1951 года, отслужив восемь лет, краснофлотец А.Я. Кузин был уволен в «долгосрочный отпуск» и возвратился в Москву. Трудился разнорабочим. В 1954 году удалось устроиться на работу на комбинат живописного искусства, где он с 1964 года учился и в 1968 году окончил вечерние классы живописи при Московском художественном институте им. Сурикова. С 1964 года он в Союзе художников Москвы. Проживал на Реутовской улице. До последнего дня, до отъезда в санаторий, много трудился, писал картины. За месяц до того трагического дня получил заказ от «нового русского» на оформление загородного особняка… В автобиографии Алексей написал: «Моим любимым жанром является пейзаж средней полосы России. Мне много раз посчастливилось работать в окрестностях города Тарусы, писать прозрачные дали Оки…» Он был художником от Бога! Участвовал во множестве выставок в Москве, а также в Гурзуфе, Тарусе, в Норвегии и других местах. Жизнерадостные картины его находятся во многих частных коллекциях России и за границей.
Г.А. Широков